«Контора братьев Дивановых» (НГУ, г. Новосибирск)

Пушкин
На мотив «Лыжи у печки стоят…»
(муз. Ю. Визбор)

Пушкин в далеком селе
Грустно уселся в углу.
Руки лежат на столе,
Ноги стоят на полу.

Пушкин бумагу порвал,
Встал, бакенбард теребя.
И откровенно назвал
Сукиным сыном себя.

Вышла старушка во двор,
Колет в сарае дрова.
Слышь, раздаётся топор:
Няня в плечах здорова.

Выглянул Пушкин в окно,
Стол зацепив невзначай.
Няни не видно давно,
Знать, принялась за сарай.

Вот появился тапёр
И заиграл полонез.
Встал, поклонился, ушёл.
Что он вообще сюда влез?

Пушкин носил сюртуки,
Брюки, носки, пуловер.
Также, как и башмаки,
Все — сорок пятый размер.

Вдруг раздаётся звонок.
Пушкин перо приподнял.
Тупо глядит в потолок,
Час вдохновенья настал.

Мудрая няня на стол
Ставит блины, бишбармак.
Час вдохновения прошёл:
Пушкин пожрать не дурак.

Камеру вдруг увидал,
К ней с интересом приник,
И всей стране показал
Великий могучий язык.

Тут напрямик через зал
В гости Жуковский пришёл.
Но оступился, упал,
Встал, поклонился, ушёл.

Кто-то проник со двора,
Щёлкнул затвором обрез.
Пушкин, спасаться пора!
Видимо, это Дантес.

Выстрела грянул дуплет.
Пуля пробила камзол.
В муках скончался поэт.
Встал, поклонился, ушёл.

Вышла толпа мужиков,
Девчонок с собой привели.
Смотрят — сидит Масляков.
Все поклонились. Ушли.